Размер шрифта: A AA Цвет фона: Изображения: выкл. вкл.
Нравится

Заказать обратный звонок

Оставьте ваши данные
и мы Вам перезвоним в ближайшее время!

  • Регистрация абитуриентов лингвистического университета
  • МИИЯ онлайн
  • МосИнЯз - TV
  • Е-Студент. E-Student. Демо
Сегодня 25 сентября 2017 года

ЛЕКСИКО-ГРАММАТИЧЕСКАЯ ТИПОЛОГИЯ АСПЕКТА В РАЗНОСТРУКТУРНЫХ ЯЗЫКАХ

Лейля Сабитова
Евразийский национальный университет им. Л.Н.Гумилева
Астана, Казахстан
Одной из самых сложных и важных категорий глагола в русском языке является глагольный вид, который играет непосредственную роль среди средств выражения аспектуальных. Как отмечает А.В. Бондарко, категория вида «представляет собой наиболее специализированное и регулярное грамматическое средство, интегрирующее и консолидирующее другие компоненты – способы действия, разряды предельных и непредельных глаголов, аспектуально специализированные синтаксические конструкции, лексические показатели аспектуальности, все аспектуальные элементы конструкции» [Бондарко 2003: 42].
Наиболее важное отличие глаголов русского языка от глаголов рассматриваемого нами казахского языка состоит в том, что русские глаголы различаются по видам внутри видовой пары. Например, читать – прочитать, бежать – бегать, дать – давать. Как отмечают Дж. Хьюсон и В. Бубеник [Hewson & Bubenik 1997], уникальность славянских языков заключается в том, что «славянские языки используют средства деривационной морфологии для грамматических целей» [Hewson & Bubenik 1997: 84]. Т.е. мы имеем дело, в сущности, семантически с одним и тем же глаголом, который морфологически был преобразован, создав тем самым себе пару.
В казахском языке, меняя вид, мы меняем временную конструкцию, вспомогательный или смысловой глагол, либо мы дополняем контекст так, чтобы все выражение приобретало смысл действия совершенного или несовершенного.
Для передачи русской видовой оппозиции казахский язык использует две группы вспомогательных глаголов. Для значения процесса, продолжительности действия, а значит незаконченности, чаще всего употребляются следующие глаголы состояния: tur (стоит), zhur (ходит), zhatyr (лежит), otyr (стоит). Для значения же завершенности в казахском языке необходимо прибегнуть к помощи обширной группы вспомогательных глаголов, которые также могут выступать как простые смысловые глаголы, например, alu (брать), beur (давать), ketu (уходить) и др.
Как видно, на конкретных примерах, видовые оппозиции строятся отнюдь не морфологическими способами внутри видовой пары:
(1)Men hat zhaza berdim – Я писал (продолжал писать) письмо.
Основной смысловой глагол в (1) zhazu (писать) находится в форме длительности (ср. английский Continuous). В то же время вспомогательный глагол berdim указывает на то, что действие происходило в прошлом. Таким образом, сочетание глаголов zhaza + berdim уже указывает на продолжительность действия, на его стремление к внутреннему пределу, и это является показателем того, что данная конструкция передает значение действия несовершенного вида.
(2)Men hat zhazdym – Я писал/написал письмо.
В предложении (2) основной глагол не прибегает к помощи вспомогательного глагола. Находясь в форме прошедшего категорического времени, глагол просто констатирует действие вообще. В подобных предложениях трудно определить, каким был бы вид в русском языке, если бы он не опирался на контекст. Основной разницей между глаголами казахского и русского языков является то, что в казахском языке отдельно взятый глагол сам по себе не выражает никаких видовых оттенков, т.е. один и тот же глагол может выражать значение то совершенного, то несовершенного видов. Например, русская видовая пара читал – прочитал может передаваться одним только казахским глаголом oqydy. Русский же глагол всегда обладает тем или иным видом, независимо от его окружения и контекста.
(3)Men hat zhazyp berdim – Я написал письмо.
Хотя в данном предложении использован такой же вспомогательный глагол, что и в (1), окончание смыслового глагола –п указывает на завершенность действия, на его результат (ср. английский Perfect), т.е. конструкция zhazyp + berdim указывает на то, что действие, выраженное в предложении (3) имеет значение русского совершенного вида.
Таким образом, вид как грамматическая категория принадлежит только славянской группе языков. Казахский язык, как и все языки, способен передавать значение и смысл любого действия, выраженного русским глаголом, используя для этого совершенно иную систему грамматического построения. Однако от этого никак не умаляется реализация смысла, более того она детализируется и позволяет очень тонко передать содержание.
Литература
  1. Бондарко А.В. Теория функциональной грамматики: Введение, аспектуальность, временная локализованность, таксис, М.: Едиториал УРСС, 2003. – 352 с.
  2. Hewson John, Bubenik Vit. Tense and Aspect in Indo-European Languages: Theory, Typology, Diachrony, Amsterdam/Philadelphia: Benjamin’s Publishing Company, 1997. – 410 p.
Тезисы конференции
Линия Лингвистического университета